рукожопый или сракорукий
Jan. 8th, 2012 11:01 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
npubopПых, пританцовывая, помешивал шумовкой в стоящей на плите большой, литров на десять, кастрюле.
- Да сядь уже спокойно, шо ты мечешься, - поморщился Веня.
- Ага, я сяду и пиздец пельменям! Я сяду когда готово будет, вынимать тебе доверю, - Пых сунул нос в поднимающийся из кастрюли столб пара, радостно хрюкнул, сделал пару выпадов шумовкой, отражая воображаемый удар противника ин кварте и атаковал ин сиксте.
- Вы все сракорукие, вам даже пельмени сварить нельзя доверить, - провозгласил он.
- А почему это сракорукие? Почему не рукожопые? – лениво поинтересовался Макс.
- Рукожопого я знаю только одного. Это Мастера малой. Его так и называют: Рукожопый Малой Мастера, - Пых заржал. - Там вообще пиздец, ему ничего доверить нельзя. Доверили как-то, давно уже, раствор выпарить. Так он миску уронил. Говорит: "Горячая!". Конечно, блядь, горячая. А плоскогубцы зачем рядом лежат? Чтобы волосы из носа выдергивать?!
Голова Пыха снова исчезла в клубах пельменного пара.
- Так он еще и инициативный, - голос безголового Пыха, спрятавшегося выше плеч в пахучем облаке, звучал глухо и тревожно. - Была у него теория, шо любое вещество если его высадить на корж и проангидрировать должно переть. Хорошо, шо у него есть кролик подопытный, двухметровое чудо с первого этажа, баскетболист.
Пых отошел на шаг от плиты, лицо его было красное и распаренное. Подбросив и поймав шумовку, он начал крутить ею финты, причем если б шумовка оставляла за собой видимый след, то в воздухе бы возник чертеж хуя в масштабе 8:1.
- Короче, Рукожопый Мастера Малой взял молотый кофе, растворитель, ну и короче как ширку замутил, только из кофе молотого.
Пых запнулся, сделал шаг назад, к кастрюле, потыкал в нее шумовкой, удовлетворенно кивнул и протянул шумовку Вене.
- Вылавливай, только смотри, не запори! – строго сказал Пых и достал из лежащей на кухонном столе пачки сигарету.
- Ну так вот, взял два стакана кофе, гы, растворитель, сварил, отжал… Все, короче, правильно сделал, - Пых заржал. – Ну и, короче, получил на выходе пять кубов странного вещества. Долго на него смотрел, с друзьями своими, такими же как он дыбилами. А потом свистнул то чудо с первого этажа.
Пых подкурил и продолжил.
- Чудо прискакало, ему сказали шо есть короче пиздец наркота, вмазали куб и стали наблюдать шо с чудом будет, – Пых выдержал эффектную паузу. – Короче, чудо трусило два дня! А потом оно пришло и попросило еще!
Веня бухнул на стол большую миску, полную пельменей.
- Все выловил?! - Пых грозно вытаращился на флегматично кивнувшего Веню.
- А ну дай проверю, - Пых ткнул недокуренную сигарету в пепельницу, схватил шумовку и подскочил к кастрюле. Зачерпнув шумовкой из кастрюли, он с возмущенной рожей повернулся ко всем.
- Вениамин, ебучий ты кулинар! – Пых продемонстрировал вытащенный из кастрюли пельмень. – Ну как можно быть таким сракоруким?!
Отправив спасенный пельмень в таз к его собратьям, Пых вернулся к кастрюле и тут же выловил из нее следующий.
- Веня, ну ёб твою мать, ну Сракорученко же ж, - сокрушался Пых, вылавливая из кастрюли пельмень за пельменем. Натягав в общей сложности штук десять, Пых для полной уверенности еще с минуту бороздил шумовкой толщу пельменного бульона.
- Веня, - мрачно и торжественно, словно зачитывая обвинительный приговор заговорил Пых. – Двенадцать пельменей! Двенадцать!!! Как можно было проебать двенадцать пельменей?! Каким же это надо быть сракоруким? Это надо быть сракоруким даже больше, чем Мастера Малой рукожопым!
Пых сокрушенно махнул рукой, провел идеальный проходящий батман, после финта протащив шумовку в расслабленной руке за вражеским клинком, внезапно рубанул слева направо, заставив воображаемого противника открыться и завершил прямым ударом по открытому противнику аккурат в солнечное сплетение. От завершающего прямого удара кастрюля, в которой варились пельмени, съехала с конфорки и, кувыркнувшись, извергла из себя ведро жирной, только что переставшей кипеть воды.
- Выше ножки от земли, блядь!!! – в прыжке, перекрикивая грохот и матюки ревел Пых, летя жопой вперед на подоконник кухонного окна. На слове «блядь» он приземлился и спиной выдавил стекло.
- Да сядь уже спокойно, шо ты мечешься, - поморщился Веня.
- Ага, я сяду и пиздец пельменям! Я сяду когда готово будет, вынимать тебе доверю, - Пых сунул нос в поднимающийся из кастрюли столб пара, радостно хрюкнул, сделал пару выпадов шумовкой, отражая воображаемый удар противника ин кварте и атаковал ин сиксте.
- Вы все сракорукие, вам даже пельмени сварить нельзя доверить, - провозгласил он.
- А почему это сракорукие? Почему не рукожопые? – лениво поинтересовался Макс.
- Рукожопого я знаю только одного. Это Мастера малой. Его так и называют: Рукожопый Малой Мастера, - Пых заржал. - Там вообще пиздец, ему ничего доверить нельзя. Доверили как-то, давно уже, раствор выпарить. Так он миску уронил. Говорит: "Горячая!". Конечно, блядь, горячая. А плоскогубцы зачем рядом лежат? Чтобы волосы из носа выдергивать?!
Голова Пыха снова исчезла в клубах пельменного пара.
- Так он еще и инициативный, - голос безголового Пыха, спрятавшегося выше плеч в пахучем облаке, звучал глухо и тревожно. - Была у него теория, шо любое вещество если его высадить на корж и проангидрировать должно переть. Хорошо, шо у него есть кролик подопытный, двухметровое чудо с первого этажа, баскетболист.
Пых отошел на шаг от плиты, лицо его было красное и распаренное. Подбросив и поймав шумовку, он начал крутить ею финты, причем если б шумовка оставляла за собой видимый след, то в воздухе бы возник чертеж хуя в масштабе 8:1.
- Короче, Рукожопый Мастера Малой взял молотый кофе, растворитель, ну и короче как ширку замутил, только из кофе молотого.
Пых запнулся, сделал шаг назад, к кастрюле, потыкал в нее шумовкой, удовлетворенно кивнул и протянул шумовку Вене.
- Вылавливай, только смотри, не запори! – строго сказал Пых и достал из лежащей на кухонном столе пачки сигарету.
- Ну так вот, взял два стакана кофе, гы, растворитель, сварил, отжал… Все, короче, правильно сделал, - Пых заржал. – Ну и, короче, получил на выходе пять кубов странного вещества. Долго на него смотрел, с друзьями своими, такими же как он дыбилами. А потом свистнул то чудо с первого этажа.
Пых подкурил и продолжил.
- Чудо прискакало, ему сказали шо есть короче пиздец наркота, вмазали куб и стали наблюдать шо с чудом будет, – Пых выдержал эффектную паузу. – Короче, чудо трусило два дня! А потом оно пришло и попросило еще!
Веня бухнул на стол большую миску, полную пельменей.
- Все выловил?! - Пых грозно вытаращился на флегматично кивнувшего Веню.
- А ну дай проверю, - Пых ткнул недокуренную сигарету в пепельницу, схватил шумовку и подскочил к кастрюле. Зачерпнув шумовкой из кастрюли, он с возмущенной рожей повернулся ко всем.
- Вениамин, ебучий ты кулинар! – Пых продемонстрировал вытащенный из кастрюли пельмень. – Ну как можно быть таким сракоруким?!
Отправив спасенный пельмень в таз к его собратьям, Пых вернулся к кастрюле и тут же выловил из нее следующий.
- Веня, ну ёб твою мать, ну Сракорученко же ж, - сокрушался Пых, вылавливая из кастрюли пельмень за пельменем. Натягав в общей сложности штук десять, Пых для полной уверенности еще с минуту бороздил шумовкой толщу пельменного бульона.
- Веня, - мрачно и торжественно, словно зачитывая обвинительный приговор заговорил Пых. – Двенадцать пельменей! Двенадцать!!! Как можно было проебать двенадцать пельменей?! Каким же это надо быть сракоруким? Это надо быть сракоруким даже больше, чем Мастера Малой рукожопым!
Пых сокрушенно махнул рукой, провел идеальный проходящий батман, после финта протащив шумовку в расслабленной руке за вражеским клинком, внезапно рубанул слева направо, заставив воображаемого противника открыться и завершил прямым ударом по открытому противнику аккурат в солнечное сплетение. От завершающего прямого удара кастрюля, в которой варились пельмени, съехала с конфорки и, кувыркнувшись, извергла из себя ведро жирной, только что переставшей кипеть воды.
- Выше ножки от земли, блядь!!! – в прыжке, перекрикивая грохот и матюки ревел Пых, летя жопой вперед на подоконник кухонного окна. На слове «блядь» он приземлился и спиной выдавил стекло.
