![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
npubopВизит патриарха Кирилла в Стамбул обернулся «крупным дипломатическим поражением» России.
Два с половиной часа продолжались сегодня переговоры за закрытыми дверями между двумя самыми влиятельными лидерами православного мира: патриархом Московским Кириллом (Гундяевым) и патриархом Константинопольским (Вселенским) Варфоломеем (Архондонисом). Они пытались договориться о судьбе Украинской Православной Церкви, на которую претендуют оба патриархата. Но если Константинополь намерен предоставить ей автокефалию, то Москва собирается крепко держать Украину в своих объятиях, сокращая даже те элементы автономии своей структуры в этой стране, которые были предоставлены ей в 1990 году.
Комментарии сторон по итогам переговоров не оставляют сомнений: Кириллу не удалось как-либо повлиять на позицию своего визави, автокефалия Украинской Церкви будет предоставлена. Московский патриарх отделался общими фразами: «Братская беседа… Разговор очень правильный… Разговор между двумя братьями… Хорошая встреча». И ни слова о ее содержании или итогах – со ссылкой на конфиденциальность. Красноречивая деталь: москвичи даже не остались на обед, а трапеза играет важную роль в церковной жизни. А вот секретарь Синода Константинопольского патриархата митрополит Эммануил рассказал об итогах встречи вполне четко и конкретно:
«Решение [об автокефалии Украинской Церкви] было принято в апреле, и мы уже имплементируем это решение, о чем Вселенский патриархат сообщил патриарху Кириллу».
Переговоры проходили на Фанаре — в стамбульской резиденции Константинопольских патриархов. Со стороны Москвы, помимо Кирилла, в них участвовали лишь «министр иностранных дел» РПЦ митрополит Иларион (Алфеев) и его заместитель протоиерей Николай Балашов. Вселенский же патриархат был представлен сразу 15 архиереями, в числе которых было 2 этнических украинца.
Ощущение доминирования в зале переговоров гостей создавали десятки сотрудников ФСО, сопровождавшие Кирилла, — меры безопасности были беспрецедентными.
Начиная встречу, Варфоломей довольно трогательно напомнил Кириллу о его учителе митрополите Никодиме (Ротове) и двух других, ныне здравствующих иерархах РПЦ, которых так же называют «никодимовцами» — Ювеналии (Пояркове) и Филарете (Вахромееве). Присутствующие восприняли это как намек на отход Кирилла от либерально-экуменических принципов своего аввы…
Вселенский патриарх является «первым по чести» в православном мире, но не имеет прямой административной власти над другими поместными православными Церквами. «Экстерриториальное» положение патриарха в древнем Константинополе, где сегодня осталось не более 2 тысяч православных, ставит его в положение арбитра, не зависимого от властей какой-либо «православной» страны. Вместе с тем, в юрисдикции Вселенского патриархата находятся миллионы православных диаспоры — в первую очередь, Америки и Западной Европы.
Ссылаясь на древние правила Вселенских соборов, Константинополь признает только за собой право наделять автокефалией (полной независимостью) новые православные Церкви, в том числе Украинскую. Тем более, как уже писала «Новая», Вселенский патриархат считает незаконным захват Московским патриархатом Киевской митрополии в конце XVII века.
Экспресс-визит Кирилла в Стамбул стал отчаянной, но запоздалой попыткой приостановить процесс отрыва православной Церкви Украины от Москвы. О том, что этот процесс вышел на финишную прямую, Киев и Константинополь заявили еще в апреле. Причем вполне официально. Поначалу Кремль и Данилов монастырь с присущим им постимперским снобизмом не восприняли это заявление всерьез. В мае-июне предпринимались поездки московских церковных дипломатов по греческим и славянским Церквам, чтобы как-то настроить их против Константинополя.
Лишь в конце июля, в ходе празднования в Киеве и Москве 1030-летия Крещения Руси, Кирилл осознал всю серьезность происходящего.
Приглашенные в Москву предстоятели поместных Церквей в основном проигнорировали приглашения (приехал лишь Александрийский патриарх), а высокая делегация Константинопольского патриархата в Киеве почти не контактировала с представителями Московского патриархата, которые утверждают, что под их духовной опекой все еще остается большинство православных Украины. Сразу же после празднования 1030-летия произошел показательный «отъем» силовиками главного производственного актива Московской патриархии – ХПП «Софрино». Украина — это тоже грандиозный актив РПЦ: в стране насчитывается более 12 000 приходов Московского патриархата, около трети от общего их числа.
У патриарха Кирилла был шанс поучаствовать в «цивилизованном» разделе Украинской Церкви. Когда осенью прошлого года лидер непризнанного Киевского патриархата (контролирует более 5 000 приходов) Филарет (Денисенко) обратился в Москву с просьбой о примирении, а официальная делегация этого патриархата была принята в Даниловом монастыре, подумалась, что некая компромиссная модель решения «украинского церковного вопроса» наконец нашлась. Архиерейский собор РПЦ, проходивший в храме Христа Спасителя, благосклонно принял письмо ранее анафематствованного этим же собором Филарета и даже сформировал комиссию по диалогу с «раскольниками».
Однако уже через несколько дней, под влиянием политических факторов, Кирилл дал обратный ход, комиссия так и не заработала, а риторика РПЦ в адрес украинских «раскольников» вновь обострилась. Возможно, теперь, когда украинская автокефалия неизбежна как никогда, Кирилл опять попытался «войти в процесс», но ему дали понять, что поезд уже ушел — церковная судьба Украины будет решаться без Москвы.
Томос об автокефалии — не окончательная цель, а лишь механизм, который может ускорить строительство независимой православной Церкви в Украине.
Отсюда
Процесс отбора у русских веры пошел. Потом надо будет еще им и русский язык запретить, пусть на своем матерно-мокшанском говорят, гггг
Два с половиной часа продолжались сегодня переговоры за закрытыми дверями между двумя самыми влиятельными лидерами православного мира: патриархом Московским Кириллом (Гундяевым) и патриархом Константинопольским (Вселенским) Варфоломеем (Архондонисом). Они пытались договориться о судьбе Украинской Православной Церкви, на которую претендуют оба патриархата. Но если Константинополь намерен предоставить ей автокефалию, то Москва собирается крепко держать Украину в своих объятиях, сокращая даже те элементы автономии своей структуры в этой стране, которые были предоставлены ей в 1990 году.
Комментарии сторон по итогам переговоров не оставляют сомнений: Кириллу не удалось как-либо повлиять на позицию своего визави, автокефалия Украинской Церкви будет предоставлена. Московский патриарх отделался общими фразами: «Братская беседа… Разговор очень правильный… Разговор между двумя братьями… Хорошая встреча». И ни слова о ее содержании или итогах – со ссылкой на конфиденциальность. Красноречивая деталь: москвичи даже не остались на обед, а трапеза играет важную роль в церковной жизни. А вот секретарь Синода Константинопольского патриархата митрополит Эммануил рассказал об итогах встречи вполне четко и конкретно:
«Решение [об автокефалии Украинской Церкви] было принято в апреле, и мы уже имплементируем это решение, о чем Вселенский патриархат сообщил патриарху Кириллу».
Переговоры проходили на Фанаре — в стамбульской резиденции Константинопольских патриархов. Со стороны Москвы, помимо Кирилла, в них участвовали лишь «министр иностранных дел» РПЦ митрополит Иларион (Алфеев) и его заместитель протоиерей Николай Балашов. Вселенский же патриархат был представлен сразу 15 архиереями, в числе которых было 2 этнических украинца.
Ощущение доминирования в зале переговоров гостей создавали десятки сотрудников ФСО, сопровождавшие Кирилла, — меры безопасности были беспрецедентными.
Начиная встречу, Варфоломей довольно трогательно напомнил Кириллу о его учителе митрополите Никодиме (Ротове) и двух других, ныне здравствующих иерархах РПЦ, которых так же называют «никодимовцами» — Ювеналии (Пояркове) и Филарете (Вахромееве). Присутствующие восприняли это как намек на отход Кирилла от либерально-экуменических принципов своего аввы…
Вселенский патриарх является «первым по чести» в православном мире, но не имеет прямой административной власти над другими поместными православными Церквами. «Экстерриториальное» положение патриарха в древнем Константинополе, где сегодня осталось не более 2 тысяч православных, ставит его в положение арбитра, не зависимого от властей какой-либо «православной» страны. Вместе с тем, в юрисдикции Вселенского патриархата находятся миллионы православных диаспоры — в первую очередь, Америки и Западной Европы.
Ссылаясь на древние правила Вселенских соборов, Константинополь признает только за собой право наделять автокефалией (полной независимостью) новые православные Церкви, в том числе Украинскую. Тем более, как уже писала «Новая», Вселенский патриархат считает незаконным захват Московским патриархатом Киевской митрополии в конце XVII века.
Экспресс-визит Кирилла в Стамбул стал отчаянной, но запоздалой попыткой приостановить процесс отрыва православной Церкви Украины от Москвы. О том, что этот процесс вышел на финишную прямую, Киев и Константинополь заявили еще в апреле. Причем вполне официально. Поначалу Кремль и Данилов монастырь с присущим им постимперским снобизмом не восприняли это заявление всерьез. В мае-июне предпринимались поездки московских церковных дипломатов по греческим и славянским Церквам, чтобы как-то настроить их против Константинополя.
Лишь в конце июля, в ходе празднования в Киеве и Москве 1030-летия Крещения Руси, Кирилл осознал всю серьезность происходящего.
Приглашенные в Москву предстоятели поместных Церквей в основном проигнорировали приглашения (приехал лишь Александрийский патриарх), а высокая делегация Константинопольского патриархата в Киеве почти не контактировала с представителями Московского патриархата, которые утверждают, что под их духовной опекой все еще остается большинство православных Украины. Сразу же после празднования 1030-летия произошел показательный «отъем» силовиками главного производственного актива Московской патриархии – ХПП «Софрино». Украина — это тоже грандиозный актив РПЦ: в стране насчитывается более 12 000 приходов Московского патриархата, около трети от общего их числа.
У патриарха Кирилла был шанс поучаствовать в «цивилизованном» разделе Украинской Церкви. Когда осенью прошлого года лидер непризнанного Киевского патриархата (контролирует более 5 000 приходов) Филарет (Денисенко) обратился в Москву с просьбой о примирении, а официальная делегация этого патриархата была принята в Даниловом монастыре, подумалась, что некая компромиссная модель решения «украинского церковного вопроса» наконец нашлась. Архиерейский собор РПЦ, проходивший в храме Христа Спасителя, благосклонно принял письмо ранее анафематствованного этим же собором Филарета и даже сформировал комиссию по диалогу с «раскольниками».
Однако уже через несколько дней, под влиянием политических факторов, Кирилл дал обратный ход, комиссия так и не заработала, а риторика РПЦ в адрес украинских «раскольников» вновь обострилась. Возможно, теперь, когда украинская автокефалия неизбежна как никогда, Кирилл опять попытался «войти в процесс», но ему дали понять, что поезд уже ушел — церковная судьба Украины будет решаться без Москвы.
Томос об автокефалии — не окончательная цель, а лишь механизм, который может ускорить строительство независимой православной Церкви в Украине.
Отсюда
Процесс отбора у русских веры пошел. Потом надо будет еще им и русский язык запретить, пусть на своем матерно-мокшанском говорят, гггг
