Норма жизни
Jul. 15th, 2018 07:59 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
npubop— Какие наиболее распространенные виды пыток, которые применяют правоохранительные органы в России?
— Ничего экзотического: банальные избиения, удушения надетым на голову пакетом, надевание на привязанного к стулу человека противогаза, в который также могут впрыснуть — в зависимости от фантазии — нашатырь или газ из баллончика. Также могут применить электроток. В 90-е электричество было особенно популярным способом пытки, потом его популярность снизилась, а сейчас мы наблюдаем ренессанс этого явления. Бывает, конечно, что людей ставят в растяжки (растяжка — поза, похожая на шпагат, при которой человека бьют по ногам, чтобы он опустился ниже. — Прим. ред.), связывают в неудобной позе и подвешивают.
Бывают и выдающиеся случаи. Вообще, при разговоре о пытках нормы, конечно, не существует, но некоторые способы пыток, которые еще вчера считались эксцессом, сегодня становятся повседневностью. Например, когда к пальцам прикручивают провода и пускают ток — это уже классика. А вот когда на зоне человеку в задний проход втыкают шланг и под давлением пускают ледяную воду — это уже эксцесс. Причем все это дело снимают на камеру и угрожают, что видео покажут блатным.
Или эксцессом можно назвать, когда человеку загоняют в задний проход шланг с колючей проволокой. Шланг вытаскивают, а проволока остается. Другой эксцесс — это когда во время сексуального насилия — или, другими словами, ритуальных действий по опусканию — в помещении присутствует начальник колонии, а его заместитель по безопасности и оперативной работе снимает процесс на видео. Причем опускают они заключенного не за какую-то провинность, а за отказ строить дачу гражданину начальнику. Я рассказываю реальные истории — по последней осуждены начальник колонии и его заместитель в Оренбурге.
Также хочу сразу пояснить, что мы имеем в виду под словом «пытка». Пытка — это преступное действие, которое попадает под несколько статей Уголовного кодекса. Это тяжкое преступление не только против человека, но и против государства. В России сотрудники полиции, ФСИН, ФСБ и другие почти никогда не несут ответственности за пытки. Шансы на расследование есть, только если на стороне пострадавшего работает компетентная команда юристов. Потому что предельно тяжело собирать доказательства, не будучи следователем, не зная, как это делать, и не имея возможности вызвать на допрос должностных лиц и проверить документацию.
— Раньше вы говорили, что полицейские стараются не оставлять следов на теле пострадавшего, так ли это до сих пор?
— Еще лет пять назад правоохранительные органы все-таки побаивались оставлять следы и боялись ответственности, но года с 2012-го пошла новая тревожная тенденция. Бьют, не думая о следах и даже особо не скрываясь. Сотрудников полиции и ФСИН, на которых больше всего жалуются по поводу пыток, я по старинке называю ментами. Менты в моем понимании — это не полицейские, а любые люди в погонах, которые используют пытки. Хотя «менты» — это еще, конечно, мягкий термин. Так вот, менты обнаглели, они перестали бояться ответственности и почувствовали безнаказанность. Они говорят людям: «Да жалуйся ты кому угодно, да хоть президенту, мне все равно ничего не будет». И весь жизненный опыт мента и его коллег подсказывает, что ему действительно ничего не будет. Нынешняя тенденция говорит о том, что количество пыток будет только возрастать. Полицейские снова почувствовали себя самыми важными людьми в государстве.
Отсюда
Помните жестокие пытки и убийства в начале российско-украинской войны на Донбассе? Казалось, невозможным, что откуда-то эта звериная жестокость вылезла? То просто "русский мир" пришел
— Ничего экзотического: банальные избиения, удушения надетым на голову пакетом, надевание на привязанного к стулу человека противогаза, в который также могут впрыснуть — в зависимости от фантазии — нашатырь или газ из баллончика. Также могут применить электроток. В 90-е электричество было особенно популярным способом пытки, потом его популярность снизилась, а сейчас мы наблюдаем ренессанс этого явления. Бывает, конечно, что людей ставят в растяжки (растяжка — поза, похожая на шпагат, при которой человека бьют по ногам, чтобы он опустился ниже. — Прим. ред.), связывают в неудобной позе и подвешивают.
Бывают и выдающиеся случаи. Вообще, при разговоре о пытках нормы, конечно, не существует, но некоторые способы пыток, которые еще вчера считались эксцессом, сегодня становятся повседневностью. Например, когда к пальцам прикручивают провода и пускают ток — это уже классика. А вот когда на зоне человеку в задний проход втыкают шланг и под давлением пускают ледяную воду — это уже эксцесс. Причем все это дело снимают на камеру и угрожают, что видео покажут блатным.
Или эксцессом можно назвать, когда человеку загоняют в задний проход шланг с колючей проволокой. Шланг вытаскивают, а проволока остается. Другой эксцесс — это когда во время сексуального насилия — или, другими словами, ритуальных действий по опусканию — в помещении присутствует начальник колонии, а его заместитель по безопасности и оперативной работе снимает процесс на видео. Причем опускают они заключенного не за какую-то провинность, а за отказ строить дачу гражданину начальнику. Я рассказываю реальные истории — по последней осуждены начальник колонии и его заместитель в Оренбурге.
Также хочу сразу пояснить, что мы имеем в виду под словом «пытка». Пытка — это преступное действие, которое попадает под несколько статей Уголовного кодекса. Это тяжкое преступление не только против человека, но и против государства. В России сотрудники полиции, ФСИН, ФСБ и другие почти никогда не несут ответственности за пытки. Шансы на расследование есть, только если на стороне пострадавшего работает компетентная команда юристов. Потому что предельно тяжело собирать доказательства, не будучи следователем, не зная, как это делать, и не имея возможности вызвать на допрос должностных лиц и проверить документацию.
— Раньше вы говорили, что полицейские стараются не оставлять следов на теле пострадавшего, так ли это до сих пор?
— Еще лет пять назад правоохранительные органы все-таки побаивались оставлять следы и боялись ответственности, но года с 2012-го пошла новая тревожная тенденция. Бьют, не думая о следах и даже особо не скрываясь. Сотрудников полиции и ФСИН, на которых больше всего жалуются по поводу пыток, я по старинке называю ментами. Менты в моем понимании — это не полицейские, а любые люди в погонах, которые используют пытки. Хотя «менты» — это еще, конечно, мягкий термин. Так вот, менты обнаглели, они перестали бояться ответственности и почувствовали безнаказанность. Они говорят людям: «Да жалуйся ты кому угодно, да хоть президенту, мне все равно ничего не будет». И весь жизненный опыт мента и его коллег подсказывает, что ему действительно ничего не будет. Нынешняя тенденция говорит о том, что количество пыток будет только возрастать. Полицейские снова почувствовали себя самыми важными людьми в государстве.
Отсюда
Помните жестокие пытки и убийства в начале российско-украинской войны на Донбассе? Казалось, невозможным, что откуда-то эта звериная жестокость вылезла? То просто "русский мир" пришел
