npubop | туман

Если смотреть сверху, издалека, туман напоминал застывший водопад, низвергающийся с Пейзажной аллеи вниз, в урочища. Особенно мощный поток, исходящий с улицы Чкалова*, с разгона перекатывал белые, вздыбившиеся валы через плоскую, открытую вершину горы Детинка, более известной в узких кругах как Поскотинка или Поскот.

Иногда такое можно увидеть в Крыму, когда облака переваливаются через край плато и сползают вниз, на Ялту. И тогда внизу, на набережной, люди ходят задрав головы и любуются этой красотой. А в Киеве, чтобы насладиться зрелищем сползающего на Подол тумана, нужно оказаться сверху. Самолет и вертолет тут не помогут, рев двигателей и стремительное движение превратят эпическое полотно в сделанную дрогнувшей рукой моментальную полароидовскую фотографию. Только оказавшись сверху, вдалеке, оставив где-то за горизонтом, на самой границе восприятия гул забитых машинами улиц, невнятные стоны разбросанных по берегам Днепра промзон и прочий городской шум, можно наблюдать за опускающимся на вечерний город белым безмолвием.

И оттуда, издалека, увидеть, что спустившийся с Пейзажной аллеи туман накрывает склоны, Поскот и ведущий на него, заросший деревьями, перешеек неожиданно тонким, всего в несколько метров, слоем. Ну точно, будто бы со стороны Пейзажной аллеи несется вода, которая по инерции докатившись до холма, на мгновение задерживается там перед тем как обрушиться, словно в бескрайнее море, которое можно наполнять вечно и так и не наполнить, на протянувшийся к Днепру Подол, сам Днепр и его правый берег. А потом, почти случайно, среагировав на невнятный намек на движение в том лесочке, что отделяет Пейзажную аллею от Поскота, присмотреться и, скорее, почувствовать, чем увидеть, две фигуры, бредущие к плоской, открытой вершине холма. И, напрягая слух, уловить прорывающиеся через туман обрывки разговора.

- Ну помнишь, как его... ну куклы эти, на английском... блядь, ну напомни... о, "Маппет-шоу"?

- Ну.

- Там было такое Животное, помнишь? Ну на барабанах играло, быковало там еще, помнишь?

- Ну.

- Так там была серия одна, там это Животное бегало, кажется, по Парижу, и искало Белоснежку. Именно бегает такое и орет, - в этом месте говорящий опустился на октаву ниже и хрипло зарычал: - "Белоснежкааа! Белоснежкааа!!!".

- Ну!

- Ну шо "ну", помнишь?

- Нет.

- Блядь!

- Макс, да и хуй бы с ним. Ты к чему это вообще вспомнил?

- А к тому... Блядь, уже и забыл... Сука, хотел же что-то важное сказать... Не, ну бывает же...

Потерявший нить Макс сокрушался пока они не вышли на вершину. Тропинка растворялась в тумане метрах в двацдати впереди, слева и справа еле угадывался обрыв. Уже почти стемнело и мутно-белая взвесь окружала их со всех сторон, полностью скрывая не только вид на Днепр и Подол, но и фонари Пейзажной аллеи, оставшиеся в трехстах метрах за спиной.

- Ну, такое... - ёмко выразил общий настрой Макс, достал пачку сигарет и долго копался в ней, словно играя фильтрами в пятнашки. - Ну надо же, как зашифровал, - бормотал он, - блядь, я что, проебал косяк, что ли? Вот это был бы номер... А, тьху, вот же...

Зубами он вынул фильтр из вытащенной из пачки, практически неотличимой от обычной, сигареты, оторвал кусочек картона от крышки, скрутил из него цилиндрик и вставил его вместо фильтра.

- Ну, - как бы подводя некий итог, сказал Макс, - нас присрало прийти раскуриться на Поскот в туман - мы пришли на Поскот в туман. Делать тут, как нам, собственно, и представлялось, нехуй, зато теперь мы это точно знаем. Взрывай!

Бец взял у Макса косяк, привычно поводил смоченным слюной пальцем по верхней его трети, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся.

- Если иметь развитое воображение, - принимая из рук Беца косяк проникновенно заговорил Макс, - то увидев, как сливается с окружающим нас водяным паром выпущенный изо рта дым, можно легко себе нашифровать, что весь сегодняшний туман - суть результат одного сделанного напаса.

- Дело не в развитом воображении, - закончив выпускать дым, возразил Бец, - а в том, что ты уже сегодня курил и тебя тянет попиздеть. И в качестве темы для своего пиздежа ты не стесняешься выбирать любую хуйню, которая в данный момент тебе пришла в голову.

- Оно-то конечно так, - просипел Макс, удерживая напас. - Но...

Тут Макс не выдержал и закашлялся, одновременно передавая Бецу косяк и грозя ему кулаком.

- Вот не можешь ты под руку не пиздеть!

- Ну, ты первый начал, - засмеялся Бец, укладывая косяк в кулак прежде чем делать затяжку.

- Можно подумать, будто на тебя туман никакой мистики не нагоняет. Вот, например, привидения. Сколько их в окружающей нас неизвестности? Знают ли они о нашем существовании? Какие у них намерения, что они, так сказать, собираются делать?

Ухмыляющийся Бец кивал, не отрываясь от неплотно сжатого кулака, запечатанного снизу ладонью второй руки. Зажатый между безымянным пальцем и мизинцем косяк потрескивал, стремительно тлея. Закончив вдох, Бец отдал косяк Максу и, не выпуская дым, поднял вверх указательный палец, требуя внимания.

- Ну? - через пол-минуты не выдержал Макс, успев затянуться и выпустить дым. - Выдыхай уже, бобер, блядь...

- С привидениями, Макс, дело обстоит совсем по-другому, - в неподвижном влажном воздухе выпущенный дым облаком окутал голову Беца. - Я как-то ехал на дачу, в село, родных забирать. Ну, там, знаешь, у них какие-то семейные посиделки в узком кругу были. Короче, вечер, уже стемнело. Я стал в сотне метров от дома, дернуть для настроения. И сижу, значит, в машине, и смотрю издалека на дом. В доме окна светятся, можно угадать там движение какое-то, смех доносится, разговоры. Отец вышел, что-то во дворе со стола взял, занес в дом. И у меня такое чувство странное, что вот они там чем-то занимаются, а я, хоть вроде и близко, но будто в другом мире, наблюдаю.

Бец жестом отказался от догоревшего почти до самого пыжа косяка и Макс щелчком отправил окурок в туман, к обрыву.

- Так вот, с привидениями, Макс, мне кажется все именно так. Удел их - издалека, незримо, наблюдать за теми, кто остался. Иногда подходить к самой границе двух миров и смотреть на светящиеся вдалеке окна, прислушиваться к доносящимся звукам. Понимая, что ничего уже не вернуть, но и не в силах забыть.

- Бляяядь... - после долгой паузы выдохнул Макс.

Они молча закурили, постояли с минуту и, не сговариваясь, тронулись в обратный путь, к невидимому за туманом электрическому свету Пейзажной аллеи. Издалека, сверху, еще какое-то время можно было разглядеть под тонким, в несколько метров, слоем тумана их неясные силуэты и тлеющие огоньки сигарет. А затем они исчезли.

Только минут через десять перед уходящей в бетонную арку лестницей внезапный порыв ветра нарушил плавное, не видное глазу, течение тумана и в открывшемся просвете вразвалку, потешно переваливаясь, пробежала, грозно подняв руки над головой, одетая в куртку с капюшоном фигура, хрипло рыча: "Белоснежкааа! Белоснежка!!!". Вслед за этим донесся девичий визг, затем хохот и через какое-то время еле слышный, глухой и невнятный из-за расстояния и тумана голос спросил:

- Ну, так ты вспомнил уже, что там за тема с этим "Маппет-шоу"?

И туман снова сомкнулся.

*Гончар - пидарас.