Открыл холодильник, завтыкал и поймал себя на очень странном чувстве: жалости к тем людям, которые холодильники во всяких там бошах и прочих тошибах разрабатывают. К инженерам, дизайнерам. Они создают совершенный продукт, сияющий космическими ледяными внутренностями. С мудрыми, усталыми улыбками смотрят на результат своего труда, отображенный на тридцатидюймовом мониторе. И не видят, даже не подозревают, что оттуда, из-за тончайшей, как стенка мыльного пузыря грани, на них раззинуты затхлые, смердящие чрева сотен миллионов холодильников во всем мире. Немытых, в потеках. С забытым борщом, лопнувшими и присохшими яйцами, заплесневелым творогом, окаменевшим смальцем, лужами майонеза, склянками, кастрюлями, пасочками и банками с хуй знает с чем, в которых уже зародилась жизнь намного превосходящая по уровню интеллекта хозяев этого конкретного холодильника. Очень, очень, очень неприятно.
Кстати, нужно дизайнерское решение: как сделать так, чтобы домработница перестала выбрасывать пармезан, но продолжала эффективно следить за сохранностью обычных сыров?
Кстати, нужно дизайнерское решение: как сделать так, чтобы домработница перестала выбрасывать пармезан, но продолжала эффективно следить за сохранностью обычных сыров?