![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
npubop- И в результате гопник этот Ленина ножом и пырнул. Но так, поцарапал и тут же съебался
- Так, а серьезно, и Ленин что? А хиппи, конечно же врассыпную? – вытягивал подробности Веня.
- Та не, царапина. Ленин вызвал скорую на БэЖэ. Ну и менты тоже приехали. Короче часа два ни одного хиппи-торчка на БэЖэ и не было, - Ацтек смачно затянулся. – И вообще, история эта поднимает важный вопрос. С тесаком стремно ходить, мусора на раз примут. А без тесака, будешь как Ленин, ткнут в бока и пока.
Бец не любил Ленина, так как не любил барыг и не любил хиппи, а Ленин являлся сочетанием и первого и второго зла. Кроме всего прочего, Бец себя называл анархосиндикалистом, поэтому и погоняло «Ленин», для него было по природе своей блевотным. Историю Ацтека он слушал на удивление молча, не перебивая и не переспрашивая, только мерзко подхихикивая.
Молчание немного затянулось, все переваривали историю, пока Бец не продолжил тему про ножики:
- Я лет пять назад на «Юности» вживую видел одну драку на ножах. Был там такой дед, лет под 80, чуркобес какой-то. То ли айзер, то ли грузин, не разберешь, они ж все на одно лицо. Торговал мандаринами и курагой. Тихий такой, забитый. Ну как все старое поколение, на глазах которого Совок сдох. И чета прицепились к нему два долбоёба, лет по 18. Из тех, которые из качалок в гопники подались, пальцуя, что они «в бригаде».
- Это типа Свина?
- Во, точно такие же типочки. В тупую набрали у деда продуктов, и сказали, что это дедовский вклад в его защиту от рэкетиров. А когда дед начал бухтеть, один тупо двинул деда с ноги в табло.
- Хм, дед конечно чурка и торгаш. Но как-то это совсем голимо, - впечатлительного Веню эта история явно перестала радовать.
- Дед решил точно так же как ты. Поднялся он уже с ножом в руках. Гопнички рассмеялись и достали свои. И тут дед, как, блядь, эти шаолиньские седые монахи из кино, за 5 секунд обоих и почикал. Реально, как-то быстро дернулся к ним, одному горлянку перерезал, а второму куда-то под ребра сунул. Я тогда школьником еще был, и реально приссал, поэтому быстро свалил оттуда. Что? Видели бы вы, как из перерезанной глотки кровь хлыщет, сами б обоссались.
- А что дед?
- Дед недолго радовался справедливости. Друзья этих пидарасов были, оказывается, где-то рядом. Через пять минут забили его насмерть. Итог, три жмура и трое на зону пошли. Потом выяснилось, что дед тот оказался сваном. Это самые отмороженные из грузин. Их Сванетию так никто никогда завоевать не смог. И если там где-нибудь в Тбилиси новость, что один порезал пятерых, то ищут обычно свана. Красиво дед из жизни ушел, короче, - закончил Бец.
- «Сван прирезал свина», хорошее название для песни, кстати, - вообще не в тему брякнул Веня.
Далее разговор переключился на сопутствующие героические темы про спартанцев, панфиловцев и хвалебные истории про своих дедов в войну. Помню, что Ацтек тогда особо и в разговоре и не участвовал. Подумалось еще, что пригрузили его эти рассказы.
Скорее всего, именно эта история, а может еще что-то прочитанное у Борхеса повлияли на Ацтека. Через несколько лет, у него обнаружили лейкемию, и ни лекарства, ни химиотерапия, ни процедуры ему не помогали. Ацтек точно не хотел умирать на кровати, напичканный морфинами и испражняющимся под себя. Жить ему оставалось от силы полгода.
Как-то на Троещине он, как я понимаю, специально ввязался в драку с несколькими урками. А так как он со своим тесаком не расставался, то драка переросла в поножовщину.
Почему-то он мне в ту минуту и представляется, с поблескивающим от света Луны ножом, кидающимся на врага. И, наверное, радостный, от того, что не умрет овощем под капельницей, а настоящей смертью, ночью под открытым небом, с ножом в руке.
- Так, а серьезно, и Ленин что? А хиппи, конечно же врассыпную? – вытягивал подробности Веня.
- Та не, царапина. Ленин вызвал скорую на БэЖэ. Ну и менты тоже приехали. Короче часа два ни одного хиппи-торчка на БэЖэ и не было, - Ацтек смачно затянулся. – И вообще, история эта поднимает важный вопрос. С тесаком стремно ходить, мусора на раз примут. А без тесака, будешь как Ленин, ткнут в бока и пока.
Бец не любил Ленина, так как не любил барыг и не любил хиппи, а Ленин являлся сочетанием и первого и второго зла. Кроме всего прочего, Бец себя называл анархосиндикалистом, поэтому и погоняло «Ленин», для него было по природе своей блевотным. Историю Ацтека он слушал на удивление молча, не перебивая и не переспрашивая, только мерзко подхихикивая.
Молчание немного затянулось, все переваривали историю, пока Бец не продолжил тему про ножики:
- Я лет пять назад на «Юности» вживую видел одну драку на ножах. Был там такой дед, лет под 80, чуркобес какой-то. То ли айзер, то ли грузин, не разберешь, они ж все на одно лицо. Торговал мандаринами и курагой. Тихий такой, забитый. Ну как все старое поколение, на глазах которого Совок сдох. И чета прицепились к нему два долбоёба, лет по 18. Из тех, которые из качалок в гопники подались, пальцуя, что они «в бригаде».
- Это типа Свина?
- Во, точно такие же типочки. В тупую набрали у деда продуктов, и сказали, что это дедовский вклад в его защиту от рэкетиров. А когда дед начал бухтеть, один тупо двинул деда с ноги в табло.
- Хм, дед конечно чурка и торгаш. Но как-то это совсем голимо, - впечатлительного Веню эта история явно перестала радовать.
- Дед решил точно так же как ты. Поднялся он уже с ножом в руках. Гопнички рассмеялись и достали свои. И тут дед, как, блядь, эти шаолиньские седые монахи из кино, за 5 секунд обоих и почикал. Реально, как-то быстро дернулся к ним, одному горлянку перерезал, а второму куда-то под ребра сунул. Я тогда школьником еще был, и реально приссал, поэтому быстро свалил оттуда. Что? Видели бы вы, как из перерезанной глотки кровь хлыщет, сами б обоссались.
- А что дед?
- Дед недолго радовался справедливости. Друзья этих пидарасов были, оказывается, где-то рядом. Через пять минут забили его насмерть. Итог, три жмура и трое на зону пошли. Потом выяснилось, что дед тот оказался сваном. Это самые отмороженные из грузин. Их Сванетию так никто никогда завоевать не смог. И если там где-нибудь в Тбилиси новость, что один порезал пятерых, то ищут обычно свана. Красиво дед из жизни ушел, короче, - закончил Бец.
- «Сван прирезал свина», хорошее название для песни, кстати, - вообще не в тему брякнул Веня.
Далее разговор переключился на сопутствующие героические темы про спартанцев, панфиловцев и хвалебные истории про своих дедов в войну. Помню, что Ацтек тогда особо и в разговоре и не участвовал. Подумалось еще, что пригрузили его эти рассказы.
Скорее всего, именно эта история, а может еще что-то прочитанное у Борхеса повлияли на Ацтека. Через несколько лет, у него обнаружили лейкемию, и ни лекарства, ни химиотерапия, ни процедуры ему не помогали. Ацтек точно не хотел умирать на кровати, напичканный морфинами и испражняющимся под себя. Жить ему оставалось от силы полгода.
Как-то на Троещине он, как я понимаю, специально ввязался в драку с несколькими урками. А так как он со своим тесаком не расставался, то драка переросла в поножовщину.
Почему-то он мне в ту минуту и представляется, с поблескивающим от света Луны ножом, кидающимся на врага. И, наверное, радостный, от того, что не умрет овощем под капельницей, а настоящей смертью, ночью под открытым небом, с ножом в руке.
