Длинный, остервенело копающийся в багажнике своего джипа, напоминал Толстому тянущего репку Кощея Бессмертного. В тусклом свете фонарей, окружающих детскую площадку на углу улиц Гончара и Большой Житомирской, разглядеть с чем он там возится не представлялось возможным, поэтому Толстый терпеливо стоял в сторонке и курил, глядя то на раздраженно шипящего Длинного, то на стоящего напротив, ухмыляющегося, в стельку пьяного Рыжего.
- Это вы еще не видели, как я его туда засовывал, даже с разложенными сидениями нихуя не влазит, цепляется за все, с-сука, - не оборачиваясь прокряхтел Длинный, продолжая совершать тянуще-раскачивающие движения руками. В салоне машины что-то треснуло, лязгнуло, Длинный попятился и вытащил наружу велосипед.
- Короче, заказывал – на! – отдуваясь сказал он и практически швырнул велосипед Рыжему. – С Днем рождения, короче!
- Ебать, Длинный, ну ты молоток! – подхватив бодро подпрыгнувший после удара колесами об асфальт велосипед расплылся в улыбке Рыжий. – Я и не надеялся, думал, решишь, что я тебя наёбываю…
- Ты решил подарить ему велосипед? – Толстый даже не пытался скрыть своего удивления.
- Ну что значит «решил», - Длинный сплюнул, отряхнул руки и полез в карман за сигаретами. – Это дитя природы,
которое должно было сейчас на родине Бандеры пялить русскую женщину Марину, встречая таким образом свой день рождения в традициях украинского буржуазного национализма, три часа назад позвонил мне, сообщил, что он на детской площадочке, что он готовый и приглашает меня отметить его день рождения, а в качестве подарка потребовал велосипед. Тебе, как я понимаю, он тоже позвонил, раз ты тут.
- Та позвонил, только про велосипед ничего не говорил.
- Ну а нахуя мне два велосипеда, - засмеялся Рыжий, - я Длинному первому позвонил, вы там по деньгам потом разберетесь. Или подари мне еще что-то. Только что-то охуенное!
- А нахуя тебе один велосипед? – спросил Толстый.
- Ну как это нахуя, - Рыжий рассматривал подарок и аж светился от радости. – Буду ездить теперь, это же фан сплошной и для здоровья полезно.
- А ты хоть ездить умеешь, дурик? – улыбнулся Толстый.
- А то, я в детстве знаешь как рассекал? – вскинулся Рыжий. – Во, гляди!
Рыжий ухватился руками за руль, поставил левую ногу на педаль, склонившись к раме оттолкнулся правой, грациозно, на ходу, пронес толчковую ногу над задним колесом и устроился на сидении.
- Видал, бля! – торжествующе воскликнул он и принялся ожесточенно крутить педали. Велосипед, быстро набирая скорость, понесся по одной из уже безлюдных в это время суток, вымощенных плиткой дорожек, проходящих через детскую площадку.
- Рыжий, хорош дурить! – крикнул ему вслед Длинный.
Тропинка, по которой ехал Рыжий, заканчивалась Т-образным перекрестком и упиралась прямо в стоящую на перпендикулярной дорожке лавочку. Метров за пять до лавочки Рыжий перестал крутить педали, приподнялся над сидением и сделал характерное для велосипедистов прошлого столетия движение ногами. Педали свободно провернулись в обратном направлении, велосипед на полном ходу врезался в лавочку и, перевернувшись вверх ногами и задним колесом вперед, последовал вслед за Рыжим, чуть ранее улетевшим через руль и пролетевшим над растущими по краю детской площадки метровыми кустами.
( Read more... )