пришел на помощь
Feb. 27th, 2011 10:49 amЭту историю нужно рассказывать с британским акцентом, приблизительно как изъяснялся герцог Бэкингем в мьюзикле "Д'Артаньян и три мушкетера".
Этим утром я проснулся с первыми лучами рассвета, открыл окно и впустил в комнату свежий, морозный воздух. Расстелил льняной коврик для медитаций напротив окна, у западной стены, наклонился вперед и, опустив правую руку между ног, отвел хакама в сторону, сначала слева, потом справа. Одновременно, плавно, без ударов, поставил оба колена на землю и сел на пятки. Привычно проконтролировал разведены ли колени ровно на два кулака, ощутил большой палец левой ноги на большом пальце правой ноги, распрямил спину, отвел и опусти назад плечи.
В этот момент стену за моей спиной потряс сильнейший удар и в квартире соседей раздались крики. Какое-то время я прислушивался. Кричали женщина и мужчина, время от времени раздавались новые удары и звон бьющегося стекла. "Скоро вызовут милицию, - прикинул я, - есть вероятность, что милиция пойдет по соседям, а мне милиция ни к чему, после позавчерашнего приема всё провонялось драпом, квартира неубрана, всюду разбросаны наркотики".
Быстро переодевшись, я вышел на лестничную клетку и нажал кнопку соседского звонка. Крики, несущиеся из квартиры, смолкли, дверь открылась. На пороге стояла одетая в халат поверх ночной рубашки соседка, Настя.
- Анатолий, пожалуйста, помогите! - быстро проговорила она, заламывая руки. - Он ломает мебель!
- Разумеется, Настя, - ответил я и прошел в квартиру.
В соседской спальне стояла страшная разруха. Пол был усеян осколками посуды и разбросанной в приступе ярости одеждой. Виктор, Настин муж, держал двумя руками стул и отчаянно, но неумело, бил им по одежному шкафу.
- Что вы делаете, болван! - крикнул я, отбрасывая его в сторону. - Дверку ломайте, быстрее будет!
С этими словами я провел ниран цуки в лицо и солнечное сплетение воображаемого противника, провалив дверные створки внутрь шкафа и, затем, мощным ура маваси гэри сложил злополучный шкаф словно карточный домик.
Сдержанно попрощавшись, я вернулся к себе и продолжил прерванную в самом начале медитацию.
Этим утром я проснулся с первыми лучами рассвета, открыл окно и впустил в комнату свежий, морозный воздух. Расстелил льняной коврик для медитаций напротив окна, у западной стены, наклонился вперед и, опустив правую руку между ног, отвел хакама в сторону, сначала слева, потом справа. Одновременно, плавно, без ударов, поставил оба колена на землю и сел на пятки. Привычно проконтролировал разведены ли колени ровно на два кулака, ощутил большой палец левой ноги на большом пальце правой ноги, распрямил спину, отвел и опусти назад плечи.
В этот момент стену за моей спиной потряс сильнейший удар и в квартире соседей раздались крики. Какое-то время я прислушивался. Кричали женщина и мужчина, время от времени раздавались новые удары и звон бьющегося стекла. "Скоро вызовут милицию, - прикинул я, - есть вероятность, что милиция пойдет по соседям, а мне милиция ни к чему, после позавчерашнего приема всё провонялось драпом, квартира неубрана, всюду разбросаны наркотики".
Быстро переодевшись, я вышел на лестничную клетку и нажал кнопку соседского звонка. Крики, несущиеся из квартиры, смолкли, дверь открылась. На пороге стояла одетая в халат поверх ночной рубашки соседка, Настя.
- Анатолий, пожалуйста, помогите! - быстро проговорила она, заламывая руки. - Он ломает мебель!
- Разумеется, Настя, - ответил я и прошел в квартиру.
В соседской спальне стояла страшная разруха. Пол был усеян осколками посуды и разбросанной в приступе ярости одеждой. Виктор, Настин муж, держал двумя руками стул и отчаянно, но неумело, бил им по одежному шкафу.
- Что вы делаете, болван! - крикнул я, отбрасывая его в сторону. - Дверку ломайте, быстрее будет!
С этими словами я провел ниран цуки в лицо и солнечное сплетение воображаемого противника, провалив дверные створки внутрь шкафа и, затем, мощным ура маваси гэри сложил злополучный шкаф словно карточный домик.
Сдержанно попрощавшись, я вернулся к себе и продолжил прерванную в самом начале медитацию.