коля заебал
May. 6th, 2010 09:20 pmЯ вот все в раздумьях: переезжать в село капитально, на неделю-другую-месяц, или ограничиться короткими мощными наездами с ночевкой, ну на два дня максимум. А пока думаю, заезжаю, так, чисто проверить там, та то та се. С людями опять же поговорить. Охуенно именно накуриться и в народ пойти.
В селе вобщем-то проблема всегда была, с моей точки зрения, одна: черти "соби пид помидори" выдвигают заборы все дальше и дальше на дороги между участками. В некоторых местах уже не то что две машины, а пешеход с машиной не разминутся. И радость в селе, опять же, с моей точки зрения, тоже всегда одна была: это вода. От это, блядь, шо не заезжал я в дом, обязательно кто-то увидит, как я шестилитровые банки "Моршинской" таскаю и доебется: "Ах Толя, тут же така вода, ну така вода, шо ти ту дрянь з бутилки п'єш!". А я в рот ебал эту хуйню пить. Посуду мыть, умываться, душ - то еще туда-сюда. Я спектры поглощения, химический и бактериологический анализ стольких проб грунтовых вод видел, что пальцев на руках и ногах у всего села не хватит пересчитать. Так что пусть сами пьют. А им же мало самим пить, они всем напаривают. И такая вода, ну такая вода, что просто лучше некуда, и нечего скважины бурить глубокие, вон в соседнем селе по сто метров бурят и вода плохая, а у нас вот шесть метров скважина и вода прекрасная! А у Михайлы вообще четыре метра скважина, а вся родня "с горада" приезжает воду набирать, и себе и знакомым. "А ти знаєш, Толя, шо якщо жіву рибу пустіть у твою "Моршинську", то вона, риба, в ній подохне?!". Я если покурил, то могу долго с людями о воде говорить, часами. Конечно, рано или поздно спохватываюсь: это ж, все-таки, насколько я могу судить, одна радость у людей осталась. Так что подвязываю и иногда даже обещаю начать воду из скважины жрать буквально завтра. Ну, на крайний случай, со следующей недели.
А еще в селе есть Коля. Коля заебал. Наезжает он не часто, но обычно с большой свитой и каждый заезд у него тематический, каждый раз он придумывает какую-то хуйню. То притащит гидроцикл и вся шобла бегает его отцепляет, прицепляет, пидарасит, на пляж вытащат, в воду загонят и тут же обратно тянут и все по новой. То вдруг заявится с четырьмя овчарками и целями днями таскает их по селу, типа выгуливает. У меня в тот день бодун был, просыпаюсь, блядь, как на псарне - все село гавкает. "Коля, - говорю, - у меня похмелье, я сейчас всех, кто лает, стрелять буду, твои пидарасы ближе всего, так что думай". Собак больше не было, хуй знает вообще что это было, зато в следующий раз Коля приволок полный багажник пиротехники и всю ночь ее хуярил. "Ну у нас же торжество!", горячился, оправдываясь, Коля и обиженно хлопал глазами. То завезет пылесос этот желтый, Керхер, помоет машины помоет, и увезет. И много еще всего затевал Коля, и сколько еще затеет. Каждое свое дело Коля делает со вкусом и напоказ, чтобы все видели. В результате у него ЧСВ, очевидно, припухает и наступает приятное ощущение самодостаточности. Понятно, что Колю не любят, бо он, реально, заебал.
А тут еще на днях канаву в селе рыли. Канава глубокая вышла, метра два, даже больше. И в процессе рытья канавы наткнулись на трубу такую характерную, аккурат напротив дома Колиного. И не надо строительных институтов заканчивать, чтобы определить: ебал Коля с ассенизаторами морочиться, как все честные люди морочатся, а вывел он в процессе строительства дома общий сток канализации в землю-матушку, метра два под поверхность и дрыщет себе спокойно прямо на водоносные слои. Люди как ту трубу нашли, так и охуели. Вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода. Поохуевали пол-часика, а потом подсуетились и заварили трубу эту к ёбаной матери. На совесть заварили. И канаву зарыли, как и не было там ничего.
Надо, наверное, будет, все же переехать в село на недельку-другую. Только не забыть поп-корном запастись.
В селе вобщем-то проблема всегда была, с моей точки зрения, одна: черти "соби пид помидори" выдвигают заборы все дальше и дальше на дороги между участками. В некоторых местах уже не то что две машины, а пешеход с машиной не разминутся. И радость в селе, опять же, с моей точки зрения, тоже всегда одна была: это вода. От это, блядь, шо не заезжал я в дом, обязательно кто-то увидит, как я шестилитровые банки "Моршинской" таскаю и доебется: "Ах Толя, тут же така вода, ну така вода, шо ти ту дрянь з бутилки п'єш!". А я в рот ебал эту хуйню пить. Посуду мыть, умываться, душ - то еще туда-сюда. Я спектры поглощения, химический и бактериологический анализ стольких проб грунтовых вод видел, что пальцев на руках и ногах у всего села не хватит пересчитать. Так что пусть сами пьют. А им же мало самим пить, они всем напаривают. И такая вода, ну такая вода, что просто лучше некуда, и нечего скважины бурить глубокие, вон в соседнем селе по сто метров бурят и вода плохая, а у нас вот шесть метров скважина и вода прекрасная! А у Михайлы вообще четыре метра скважина, а вся родня "с горада" приезжает воду набирать, и себе и знакомым. "А ти знаєш, Толя, шо якщо жіву рибу пустіть у твою "Моршинську", то вона, риба, в ній подохне?!". Я если покурил, то могу долго с людями о воде говорить, часами. Конечно, рано или поздно спохватываюсь: это ж, все-таки, насколько я могу судить, одна радость у людей осталась. Так что подвязываю и иногда даже обещаю начать воду из скважины жрать буквально завтра. Ну, на крайний случай, со следующей недели.
А еще в селе есть Коля. Коля заебал. Наезжает он не часто, но обычно с большой свитой и каждый заезд у него тематический, каждый раз он придумывает какую-то хуйню. То притащит гидроцикл и вся шобла бегает его отцепляет, прицепляет, пидарасит, на пляж вытащат, в воду загонят и тут же обратно тянут и все по новой. То вдруг заявится с четырьмя овчарками и целями днями таскает их по селу, типа выгуливает. У меня в тот день бодун был, просыпаюсь, блядь, как на псарне - все село гавкает. "Коля, - говорю, - у меня похмелье, я сейчас всех, кто лает, стрелять буду, твои пидарасы ближе всего, так что думай". Собак больше не было, хуй знает вообще что это было, зато в следующий раз Коля приволок полный багажник пиротехники и всю ночь ее хуярил. "Ну у нас же торжество!", горячился, оправдываясь, Коля и обиженно хлопал глазами. То завезет пылесос этот желтый, Керхер, помоет машины помоет, и увезет. И много еще всего затевал Коля, и сколько еще затеет. Каждое свое дело Коля делает со вкусом и напоказ, чтобы все видели. В результате у него ЧСВ, очевидно, припухает и наступает приятное ощущение самодостаточности. Понятно, что Колю не любят, бо он, реально, заебал.
А тут еще на днях канаву в селе рыли. Канава глубокая вышла, метра два, даже больше. И в процессе рытья канавы наткнулись на трубу такую характерную, аккурат напротив дома Колиного. И не надо строительных институтов заканчивать, чтобы определить: ебал Коля с ассенизаторами морочиться, как все честные люди морочатся, а вывел он в процессе строительства дома общий сток канализации в землю-матушку, метра два под поверхность и дрыщет себе спокойно прямо на водоносные слои. Люди как ту трубу нашли, так и охуели. Вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода-вода. Поохуевали пол-часика, а потом подсуетились и заварили трубу эту к ёбаной матери. На совесть заварили. И канаву зарыли, как и не было там ничего.
Надо, наверное, будет, все же переехать в село на недельку-другую. Только не забыть поп-корном запастись.