Прожигатели жизни, блюзмены, одевались одинаково, все четверо. Черное, кожаное, демисезонное. Массивные, перечеркнутые золотыми цепями шеи. В "Блиндаж" они всегда заходили так, что казалось, будто бы они идут шеренгой, строевым шагом, гипер-ебалоидами вперед. Бывалые читатели скажут, что невозможно вчетвером шеренгой пройти по ступенькам, ведущим в подвал "Блиндажа" и, тем более, протиснуться в дверь. Но я лично наблюдал это шеренгообразное движение не только при входе в "Блиндаж", но и при спуске по лестнице из туалета "Софии".
"Ооо, а вот и блюзмены пожаловали", раздается чей-то крик и тут же - взрыв хохота. Ну а потом начинается блюз. И совсем не в том смысле, что блюз это когда хорошему человеку плохо. Даже милиция в такие дни приезжала на вызов двумя, а то и тремя бобиками. Но все еще было ничего, пока не появлялись покорители жизни, джазмены.
"Ооо, а вот и блюзмены пожаловали", раздается чей-то крик и тут же - взрыв хохота. Ну а потом начинается блюз. И совсем не в том смысле, что блюз это когда хорошему человеку плохо. Даже милиция в такие дни приезжала на вызов двумя, а то и тремя бобиками. Но все еще было ничего, пока не появлялись покорители жизни, джазмены.