![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
npubopЖаркое июльское солнце превращало площади и улицы Неаполя в раскаленные адские сковороды. Валерий Степанович уже давно перестал промокать выступающий на лбу и на лице пот носовым платком, а только время от времени с отвращением стирал заливающую глаза соленую влагу ладонью левой руки. В правой руке он держал полиэтиленовый пакет со всем важным: паспортом, кошельком, картой, сигаретами, спичками и только что купленными открытками. Первый день зарубежной поездки выдался чересчур насыщенным и слишком жарким, никакой радости Валерий Степанович уже давно не ощущал.
До назначенного экскурсоводом времени сбора еще оставалось больше часа, идти к месту встречи было совсем недалеко и Валерий Степанович решил передохнуть. Он остановился в скудной тени чахлой акации, растущей у дороги и закурил. "Хоть бы ветерок какой подул, это же с ума сойти можно", подумал он, утираясь и осматриваясь.
"Это мне на другую сторону надо будет перейти", прикинул он и принялся высматривать пешеходный переход или светофор. Перед ним, в ряду тесно, бампер к бамперу припаркованных машин, оставалось свободное место и он решил перебежать улицу с нехарактерно слабым, как для Неаполя, движением, прямо здесь. Брезгливо посмотрев на потемневшую во влажных пальцах "Приму", он по привычке затушил окурок плевком и выбросил его в решетку ливнестока.
Не успел он ступить на проезжую часть, как маленький «Фиат», не включая сигналов поворота резко вывернул из потока машин и нырнул в свободное место на парковке, посреди которого как раз стоял Валерий Степанович. Валерий Степанович испуганно выругался и отпрыгнул обратно на тротуар. Сидящая за рулем "Фиата" девушка не обратила на него никакого внимания и принялась парковаться.
«От дура, блядь», от пережитого испуга сердце Валерия Степановича колотилось как головка швейной машинки. Дрожащими пальцами он поволок из пачки сигарету. Передок «Фиата» почти уперся в стоящую спереди машину, а багажник еще торчал на проезжей части. «Куда она, дура, лезет?», удивился воспринимающий девушку в штыки и без этой демонстрации водительской беспомощности Валерий Степанович. «Если б протянула вперед и задом попробовала, так и то вряд ли влезет, места мало…».
- Не, не так, давай выезжай, протягивай вперед и потом задом, - пригнувшись, громко заговорил он в приоткрытое окно, делая широкие, поясняющие пассы руками. – Давай, выезжай, потом вперед…
Девушка недоуменно глянула на размахивающего руками пожилого мужчину, в насквозь мокрой от пота рубашке с коротким рукавом, пожала плечами и плавно, но решительно въехала в бампер стоящей впереди машины.
- Стой, дура, ты чо делаешь?! – воскликнул Валерий Степанович. – Машину ударила!!!
От толчка стоящий перед паркующимся «Фиатом» «Опель Кадет» подвинулся вперед. Валерий Степанович попытался протиснуться между машинами, чтобы оценить повреждения. С опаской поглядывая на суетящегося Валерия Ивановича, девушка включила задний ход, «Фиат» чуть сдвинулся назад.
- Куда, ударила и убегать?! – заорал Валерий Степанович, оббегая машину, чтобы добраться до водительской двери. – Стой! Стой, говорю!
Несколько прохожих остановились и наблюдали за стремительно набирающим обороты действием.
«Фиат» плавно прижался углом заднего бампера к переднему бамперу припаркованного сзади автомобиля и взвыл двигателем, тесня его назад.
- Да чо ты ненормальная делаешь?! – Валерий Степанович захлебывался словами. Добежав до багажника «Фиата» и убедившись, что контакт автомобилей ему не привиделся, он заколотил по крыше рукой. – Альо, гараж! Да что ж ты делаешь?!
Девушка, открыв водительское окно выкрикнула Валерию Степановичу что-то резкое и, судя по всему, злое.
- Да сама ты дура! – Валерий Степанович несколько раз ткнул в направлении девушки пальцем, от возмущения ему не хватало воздуха. – Ты, да! Ты! Ты как ездишь, а?! Машины бьешь!
От группы зрителей на тротуаре отделился молодой мужчина и подошел к Валерию Степановичу.
- Va bene, calmati, - он попытался взять разбушевавшегося туриста за локоть.
- Вон, гляди, - приняв успокаивающего его аборигена за союзника, обрадованно зачастил Валерий Степанович, - мордой ударила, потом задом, у вас где таких берут вобще, а?!
Валерий Степанович кинулся к передку «Фиата» и принялся изучать бампера машин.
- Ну, вот, пожалуйста – вмяла! – торжествующе заорал он, жестами приглашая всех в свидетели. – Бампер под покраску!
- Вон, посмотри сам! – надсаживался он в лицо что-то говорящему ему по-итальянски мужчине. От бурных эмоций и жары сознание Валерия Степановича помутилось, ему не хватало воздуха. – Вызывай, кто у вас там! У нас ГАИ, а у вас кто? Полицай! Это что она, будет ездить машины калечить?! Звони полицаям!
В этот момент «Фиат» двинулся вперед и, чуть не прижав бампером ногу Валерия Степановича, снова въехал «Кадету» в зад.
- Да остановите ее!!! – взвыл Валерий Степанович и, оттолкнув мужчину, вцепился в ручку водительской двери. – Глуши мотор, идио…
Валерий Степанович внезапно осекся на середине слова. Ноги его подкосились, улица вокруг завертелась, закружилась. В груди возникла резкая, нечеловеческой силы боль, стремительно разливающаяся в плечи и шею. Валерий Степанович упал.
До назначенного экскурсоводом времени сбора еще оставалось больше часа, идти к месту встречи было совсем недалеко и Валерий Степанович решил передохнуть. Он остановился в скудной тени чахлой акации, растущей у дороги и закурил. "Хоть бы ветерок какой подул, это же с ума сойти можно", подумал он, утираясь и осматриваясь.
"Это мне на другую сторону надо будет перейти", прикинул он и принялся высматривать пешеходный переход или светофор. Перед ним, в ряду тесно, бампер к бамперу припаркованных машин, оставалось свободное место и он решил перебежать улицу с нехарактерно слабым, как для Неаполя, движением, прямо здесь. Брезгливо посмотрев на потемневшую во влажных пальцах "Приму", он по привычке затушил окурок плевком и выбросил его в решетку ливнестока.
Не успел он ступить на проезжую часть, как маленький «Фиат», не включая сигналов поворота резко вывернул из потока машин и нырнул в свободное место на парковке, посреди которого как раз стоял Валерий Степанович. Валерий Степанович испуганно выругался и отпрыгнул обратно на тротуар. Сидящая за рулем "Фиата" девушка не обратила на него никакого внимания и принялась парковаться.
«От дура, блядь», от пережитого испуга сердце Валерия Степановича колотилось как головка швейной машинки. Дрожащими пальцами он поволок из пачки сигарету. Передок «Фиата» почти уперся в стоящую спереди машину, а багажник еще торчал на проезжей части. «Куда она, дура, лезет?», удивился воспринимающий девушку в штыки и без этой демонстрации водительской беспомощности Валерий Степанович. «Если б протянула вперед и задом попробовала, так и то вряд ли влезет, места мало…».
- Не, не так, давай выезжай, протягивай вперед и потом задом, - пригнувшись, громко заговорил он в приоткрытое окно, делая широкие, поясняющие пассы руками. – Давай, выезжай, потом вперед…
Девушка недоуменно глянула на размахивающего руками пожилого мужчину, в насквозь мокрой от пота рубашке с коротким рукавом, пожала плечами и плавно, но решительно въехала в бампер стоящей впереди машины.
- Стой, дура, ты чо делаешь?! – воскликнул Валерий Степанович. – Машину ударила!!!
От толчка стоящий перед паркующимся «Фиатом» «Опель Кадет» подвинулся вперед. Валерий Степанович попытался протиснуться между машинами, чтобы оценить повреждения. С опаской поглядывая на суетящегося Валерия Ивановича, девушка включила задний ход, «Фиат» чуть сдвинулся назад.
- Куда, ударила и убегать?! – заорал Валерий Степанович, оббегая машину, чтобы добраться до водительской двери. – Стой! Стой, говорю!
Несколько прохожих остановились и наблюдали за стремительно набирающим обороты действием.
«Фиат» плавно прижался углом заднего бампера к переднему бамперу припаркованного сзади автомобиля и взвыл двигателем, тесня его назад.
- Да чо ты ненормальная делаешь?! – Валерий Степанович захлебывался словами. Добежав до багажника «Фиата» и убедившись, что контакт автомобилей ему не привиделся, он заколотил по крыше рукой. – Альо, гараж! Да что ж ты делаешь?!
Девушка, открыв водительское окно выкрикнула Валерию Степановичу что-то резкое и, судя по всему, злое.
- Да сама ты дура! – Валерий Степанович несколько раз ткнул в направлении девушки пальцем, от возмущения ему не хватало воздуха. – Ты, да! Ты! Ты как ездишь, а?! Машины бьешь!
От группы зрителей на тротуаре отделился молодой мужчина и подошел к Валерию Степановичу.
- Va bene, calmati, - он попытался взять разбушевавшегося туриста за локоть.
- Вон, гляди, - приняв успокаивающего его аборигена за союзника, обрадованно зачастил Валерий Степанович, - мордой ударила, потом задом, у вас где таких берут вобще, а?!
Валерий Степанович кинулся к передку «Фиата» и принялся изучать бампера машин.
- Ну, вот, пожалуйста – вмяла! – торжествующе заорал он, жестами приглашая всех в свидетели. – Бампер под покраску!
- Вон, посмотри сам! – надсаживался он в лицо что-то говорящему ему по-итальянски мужчине. От бурных эмоций и жары сознание Валерия Степановича помутилось, ему не хватало воздуха. – Вызывай, кто у вас там! У нас ГАИ, а у вас кто? Полицай! Это что она, будет ездить машины калечить?! Звони полицаям!
В этот момент «Фиат» двинулся вперед и, чуть не прижав бампером ногу Валерия Степановича, снова въехал «Кадету» в зад.
- Да остановите ее!!! – взвыл Валерий Степанович и, оттолкнув мужчину, вцепился в ручку водительской двери. – Глуши мотор, идио…
Валерий Степанович внезапно осекся на середине слова. Ноги его подкосились, улица вокруг завертелась, закружилась. В груди возникла резкая, нечеловеческой силы боль, стремительно разливающаяся в плечи и шею. Валерий Степанович упал.
